СОФИСТЫ

Вместе с ростом благосостояния в Греции в эпоху после персидских войн усиливается и потребность в образовании. К тому же демократия как форма государственного устройства все больше требует от гражданина умения изящно выражать свои мысли. Люди, в V в. до н.э. учившие наукам и красноречию за деньги, обобщенно именуются софистами (учителями мудрости). Базу софистического мышления составляют общее расширение сферы познанного (напр, добытого в общении с другими народами) и плюрализм уже сложившихся философских учений. Задача учителя риторики - уметь убедительно представить любое возможное положение дел, а при случае и "сделать слабейшего (как правило, в суде) сильнейшим".
Все это вместе с исходными теоретическими позициями софистов ведет к релятивизму. Этот релятивизм проявляется:
-  в правовых представлениях: критическое исследование действующих законов ведет софистов к мысли о противоположности естественного права (фюсис) и законоположения (номос). Гиппий у Платона выражает это так: "Закон (номос) - тиран для человека, принуждающий его ко многому,  что противно природе".
Позитивное право не имеет силы от природы, а возникает из интересов законодателя: Фрасимах заявляет, что позитивное право - инструмент могущественных, угнетающих более слабых; Калликл учит противоположному: закон есть защитная стена слабого против сильного; Ликофрон понимает правопорядок как взаимные гарантии жизни и собственности граждан;
-  в моральной философии: моральные ценности для софистов тоже не существуют от природы, а возникают на основе договоров (тесис - установление). Поэтому в разное время и у разных народов они имеют разную силу;
-  в религии: по аналогии с правом и религия толкуется как человеческое изобретение. Критий заявляет: "Как ... законы не дают открыто проявлять насилие, которое поэтому творится лишь втайне, так, кажется мне, какой-то хитрец измыслил для людей страх перед богами, дабы злодеи опасались даже тайком творить, говорить или замышлять злое".
Другой довод можно обнаружить у Продика: Боги суть выражения человеческих эмоций, особенно благодарности. Люди проецируют все, что приносит им пользу, на божественное начало, напр, египтяне - на Нил.
Наконец, Диагор выдвигает идею о том, что признание "божественной справедливости" противоречит факту несправедливости, царящей в мире;
-  в теории познания: здесь с особой силой сказывается возникающий в риторической практике аспект релятивизма: протагор (ок. 480 - 410 г. до н.э.), которого считают главным представителем софистики, объясняет:
"Каждое дело допускает два диаметрально противоположных толкования". Так, один и тот же тезис в одной ситуации будет истинен, в другой - ложен. Доведенная до логического предела, эта мысль равнозначна признанию того, что не существует никакого объективною положения вещей. Отсюда - знаменитое высказывание Протагора "homo mensura" (лат. человек - мера): "Человек - мера всех вещей, существующих, что они существуют, а несуществующих, что они не существуют". Тезис "homo mensura" -  ядро софистического мышления: человек определяет бытие, а все другое отвергается (скептицизм), и все бытие не объективно, а субъективно и текуче (релятивизм). Софистический скепсис доведен до высшей точки в знаменитых трех тезисах горгия (ок. 485 - 380 гг. до н.э.): ничего нет; если что и есть, оно непознаваемо; если оно даже и познаваемо, то сообщить об этом невозможно. Тем самым принципиально пресекается любая попытка, напр, элеатов, отыскать объективное бытие и возвестить о нем. Человек всегда живет в сети слов и мнений (мнение по-греч. - doxai). Он - именно "мера всех вещей".
Значение софистов:
- вразрез с традицией греческой натурфилософии человек становится средоточием философских интересов;
- само мышление становится темой философствования;
- с этим тесно связана проблема языка, играющая у софистов огромную роль;
- критика    традиционных    моральных ценностей открывает мышлению совершенно новые горизонты и подготавливает развитие автономной,  строящейся на авторитете разума, этики.
И, наконец, следующий период классической греческой философии (Сократ - Платон - Аристотель) немыслим без софистической подготовки.